Баллада о брошенном корабле


Капитана в тот день называли на "ты",

Шкипер с юнгой сравнялись в талантах;

Распрямляя хребты и срывая бинты,

Бесновались матросы на вантах.


Двери наших мозгов

Посрывало с петель

В миражи берегов,

В покрывала земель,

Этих обетованных, желанных -

И колумбовых, и магелланных.


Только мне берегов

Не видать и земель -

С хода в девять узлов

Сел по горло на мель!

А у всех молодцов -

Благородная цель...

И в конце-то концов -

Я ведь сам сел на мель.


И ушли корабли - мои братья, мой флот,-

Кто чувствительней - брызги сглотнули.

Без меня продолжался великий поход,

На меня ж парусами махнули.


И погоду и случай

Безбожно кляня,

Мои пасынки кучей

Бросали меня.

Вот со шлюпок два залпа - и ладно!-

От Колумба и от Магеллана.


Я пью пену - волна

Не доходит до рта,

И от палуб до дна

Обнажились борта,

А бока мои грязны -

Таи не таи,-

Так любуйтесь на язвы

И раны мои!


Вот дыра у ребра - это след от ядра,

Вот рубцы от тарана, и даже

Видны шрамы от крючьев - какой-то пират

Мне хребет перебил в абордаже.


Киль - как старый неровный

Гитаровый гриф:

Это брюхо вспорол мне

Коралловый риф.

Задыхаюсь, гнию - так бывает:

И просоленное загнивает.


Ветры кровь мою пьют

И сквозь щели снуют

Прямо с бака на ют,-

Меня ветры добьют:

Я под ними стою

От утра до утра,-

Гвозди в душу мою

Забивают ветра.


И гулякой шальным все швыряют вверх дном

Эти ветры - незваные гости,-

Захлебнуться бы им в моих трюмах вином

Или - с мели сорвать меня в злости!


Я уверовал в это,

Как загнанный зверь,

Но не злобные ветры

Нужны мне теперь.

Мои мачты - как дряблые руки,

Паруса - словно груди старухи.


Будет чудо восьмое -

И добрый прибой

Мое тело омоет

Живою водой,

Моря божья роса

С меня снимет табу -

Вздует мне паруса,

Словно жилы на лбу.


Догоню я своих, догоню и прощу

Позабывшую помнить армаду.

И команду свою я обратно пущу:

Я ведь зла не держу на команду.


Только, кажется, нет

Больше места в строю.

Плохо шутишь, корвет,

Потеснись - раскрою!


Как же так - я ваш брат,

Я ушел от беды...

Полевее, фрегат,-

Всем нам хватит воды!


До чего ж вы дошли:

Значит, что - мне уйти?!

Если был на мели -

Дальше нету пути?!

Разомкните ряды,

Все же мы - корабли,-

Всем нам хватит воды,

Всем нам хватит земли,

Этой обетованной, желанной -

И колумбовой, и магелланной!

Статьи

Сергей Безруков: Высоцкого играть – это очень большая ответственность!

Автор: Елена Лаптева
Сайт: Комсомольская правда

В "Останкино" прошли съемки программы «Своя Колея»

Вот уже 13 лет как существует премия «Своя колея» - в честь великого артиста, Владимира Высоцкого. Название, как понимаете, родилось из песни поэта "Чужая колея", где были такие слова: "Колея эта - только моя! Выбирайтесь своей колеей." 24-го января, звезды первой величины соберутся на Первом канале, споют песни музыканта и наградят лауреатов премии. До этого ими становились такие люди, как Олег Романцев, Галина Волчек, Николай Караченцов.

А так же многие люди, чьи имена менее известны широкой публике, но чьи дела очень важны для нашей страны. В этом году, например, премию получает инженер Ильдар Багаудинов, который фактически спал Саяно-Шушенскую ГЭС после аварии, своими руками перекрыв вентиль наверху плотины - из-за этого жертв аварии получилось намного меньше. Багаудинова награждали тренер по художественной гимнастике Ирина Винер, летчик-космонавт Георгий Гречко и знаменитый детский хирург Леонид Рошаль.

Съемки "колеи" шли два дня. В первый нам удалось посмотреть, как работают Дмитрий Харатьян, Сергей Безруков с супругой Ириной, Вениамин Смехов и Валерий Золотухин с супругой Ириной Линдт.

Впервые удалось увидеть актера «до» и «во время». До – обычный, немного усталый человек, встретишь в толпе – не заметишь. Сразу же по выходу на сцену, к микрофону откуда-то берется хулиганистый молодчик, вопрошающий у невидимого хора «Где мои 17 лет?» И кажется – что да, действительно на Большом Каретном.

Не удивительно, что артист кого только не переиграл – и Есенина, и Пушкина, и Моцарта, и Иисуса Христа, из него действительно можно вылепить кого угодно! Валерий Золотухин поинтересовался у Безрукова: А вот если бы тебе предложили сыграть Высоцкого, ты бы согласился? – «Это очень большая ответственность» – ушел от ответа Сергей. Так же Сергей рассказал о том, как он впервые услышал песни Владимира Семеновича: Я был тогда совсем маленький – лет пяти или шести. И мне жутко нравилась песня, где были слова «жираф большой, ему видней!». Родители мои были счастливы, то что их сыну нравится такая музыка. И я даже на каких-то детских утренниках, после прочтения «Гуси-лебеди» «на бис» исполнял «песню про жирафа», конечно же, совершенно не понимая, в чем смысл.

Дольше всех на площадке провели Валерий Золотухин с Ириной Линдт. Через несколько часов актер уже начал есть реквизит – рогалики, лежащие на столике. Оказалось, что Валерий Сергеевич широко крестится, перед тем, как начать снимать следующую сцену.

А так же чрезвычайно требователен к себе и другим на площадке – все переписывалось по нескольку раз, пока мэтр не становился доволен. На какое-то замечание режиссера артист сказал – «Вы не волнуйтесь, у меня корона с головы не упадет». К счастью, в этом случае корона заслуженная.

Дмитрий Харатьян приехал уже в одиннадцатом часу ночи, но был бодр и свеж – шутил с музыкантами, пританцовывал на сцене – приятно посмотреть! И просто не верилось глазам, что на следующий день ему стукнет 50 лет!

«Для меня есть три столпа в музыке – это Окуджава, Макаревич и Высоцкий. Владимир Семенович – для меня очень важный человек, я до этого никогда не пел его песни, пока меня не позвал его сын, Никита, принять участие в премии. Но я точно не буду петь «под Высоцкого» потому что считаю, что это выглядит, как пародия».

Вениамин Смехов рассказал историю о гастролях Театра на Таганке в 1977-м году во Франции: - «Володя все время жил у Марины Влади, чем мы были не очень довольны – мы то надеялись, что он нам покажет город, достопримечательности какие-то…Через десять дней нашего там пребывания он сказал – «не расходитесь после «Гамлета», я отвезу вас поесть.». Мы все ужасно обрадовались. У Марины в латинском квартале жила сестра, маркиза – к ней как оказалось мы и поехали. Заходим в большую залу - стоит стол, а в углу – водка и другие напитки. Я сразу же двинулся туда с кем-то, чтобы не смущаться. А Володька бегает такой радостный, потирает руки – как именинник. Тут открывается дверь, и выходят темнокожие слуги, и несут что-то тазообразное – в общем, какие-то огромные емкости. Ставят на стол, открывают, а там – гречка с котлетами! Я этого никогда не забуду…».

В коридоре «Останкино» мы встратили сына Владимира Семеновича, Никиту Высоцкого, которому задали несколько вопросов.

- В этом году – памятная дата, 30 лет со дня смерти поэта. Будет отмечаться?

- Конечно, люди будут вспоминать. И наш музей Высоцкого будет к этой дате что-то делать – выпускать книги, делать выставку, вечер памяти. Может быть, в этом году откроется еще несколько памятников – я слышал, что в Калининграде и Харькове хотели, ну посмотрим, как сложится. Это особенная дата – серезный рубеж. Многие предрекали ему забвение намного раньше.

- Мы слышали, что режиссер Александр Митта собирается снимать фильм про Высоцкого и на главную роль выбран Сергей Безруков…

Пока могу сказать вот что. Актер до сих пор не выбран. Некоторые говорили негативно в адрес Сережи Безрукова, но я считаю, что он – прекрасный актер и если в итоге утвердят его, меня это не покоробит. А Александр Наумович Митта консультирует съем группу работает над сценарием но на данный момент он выступаем, как как режиссер постановщик.

Назад