Благодать или благословение


Благодать или благословение

Ниспошли на подручных твоих -

Дай нам, Бог, совершить омовение,

Окунаясь в святая святых!


Все порок, грехи и печали,

Равнодушье, согласье и спор -

Пар, который вот только наддали,

Вышибает, как пули, из пор.


То, что мучит тебя, - испарится

И поднимется вверх, к небесам,-

Ты ж, очистившись, должен спуститься -

Пар с грехами расправится сам.


Не стремись прежде времени к душу,

Не равняй с очищеньем мытье,-

Нужно выпороть веником душу,

Нужно выпарить смрад из нее.


Исцеленье от язв и уродства -

Этот душ из живительных вод,-

Это - словно возврат первородства,

Или нет - осушенье болот.


Здесь нет голых - стесняться не надо,

Что кривая рука да нога.

Здесь - подобие райского сада,-

Пропуск всем, кто раздет донага.


И в предбаннике сбросивши вещи,

Всю одетость свою позабудь -

Одинаково веничек хлещет.

Так что зря не вытягивай грудь!


Все равны здесь единым богатством,

Все легко переносят жару,-

Здесь свободу и равенство с братством

Ощущаешь в кромешном пару.


Загоняй поколенья в парную

И крещенье принять убеди,-

Лей на нас свою воду святую -

И от варварства освободи!


Благодать или благословение

Ниспошли на подручных твоих -

Дай нам, Бог, совершить омовение,

Окунаясь в святая святых!

Статьи

Рецензировать поэтические тексты Высоцкого - все равно что рецензировать собственную юность

Автор: Дмитрий Вересов
Сайт: Аргументы И Факты

Странное занятие - рецензировать поэтические тексты Высоцкого. Все равно что рецензировать собственную юность, частицу мозга, крови, души... Поэтому сегодня - не столько о нем, сколько о себе (применительно, разумеется, к предмету рецензии), и пусть те, чья юность пришлась на советские годы, что называется, сравнят впечатления, а кто помоложе - попробует почувствовать то, что когда-то чувствовали мы...

Высоцкого вживую я видел один раз, когда нашему восьмому «а» по большому блату организовали культпоход на спектакль легендарного Театра на Таганке, гастролировавшего в Ленинграде,-с обязательством написать сочинение об увиденном. Тогда мы вряд ли могли оценить профессиональный подвиг Юрия Любимова, предпринявшего постановку по, мягко говоря, неоднозначной и малопригодной для театральной адаптации книге американского журналиста-коммуниста Джона Рида «Десять дней, которые потрясли мир». Сочинение по итогам культпохода я озаглавил «Три минуты, которые потрясли зал» - речь, разумеется, шла о появлении на сцене Владимира Высоцкого, в тельняшке и при маузере в громадной деревянной кобуре, исполнившего в неподражаемой своей манере знаменитые куплеты про толкучий базар. Зрители подпевали стоя. Примерно к концу шестидесятых никому не надо было объяснять, кто такой Высоцкий. Песни его звучали уже везде - в студенческих и рабочих общежитиях, на интеллигентских кухнях и дачах больших начальников, в вагонах электричек и на дворовых скамеечках. Большинство моих друзей-сверстников впервые услышали их в пионерских лагерях, в силу возраста и социального происхождения отдавая предпочтение не столько «уркаганским», сколько сказочным сюжетам: про деградацию пушкинского Лукоморья, про дипломатический скандал между нашей и ихней нечистью и, само собой, про подвиги опального стрелка. «А принцессу мне и даром не надо / Чуду-юду я и так победю!» - самозабвенно выкрикивали личности младшего пионерского возраста, еще не подозревая, что через годик-другой половое созревание круто поменяет приоритеты. Кстати, конкретно в нашем пионерлагере, принадлежавшем Ленинградскому университету, Высоцкого случалось посмотреть и на киноэкране - привозили нам и «Опасные гастроли», и «Вертикаль», и даже «Короткие встречи». Конечно же, первым номером для нас были песни в исполнении кумира, а все прочее, происходящее на экране, воспринималось как некий гарнир, затяжная интермедия между музыкальными номерами. А потом с подачи «вражьих голосов» пришло жуткое известие о смерти Высоцкого от остановки сердца. Слухи, по счастью, оказались ложными - точнее, ложными наполовину... И с блаженными улыбками мы цитировали друг другу Вознесенского:

О златоустом блатаре рыдай, Россия!
Какое время на дворе - таков мессия.
А в Склифосовке филиал Евангелья.
И Воскрешающий сказал: «Закрыть едальники!»

По-настоящему все случилось десять лет спустя, и масштаб потери мы поняли уже по-взрослому... Феноменальная, запредельная слава Высоцкого порождала народную мифологию, подчас весьма причудливую. Не было, наверное, на Руси такой пивной, в которой не появлялся бы периодически всегда разный, но неизменно брутальный и небритый индивид, который воевал, сидел или как минимум штурмовал пик Коммунизма «с Володей», а с каким - уточнять не требовалось. Верили ему редко, но наливали практически всегда, желая хотя бы таким, трижды иллюзорным образом соприкоснуться с гением - и одновременно зеркалом - эпохи, в которую нам суждено было родиться.

Никита Джигурда, актер:

«Я считаю, что Высоцкий - это Пушкин XX века. Александра Сергеевича не все любили при жизни, а многие скептически относились к его творчеству, такая же ситуация была и с Высоцким. И он, так же, как и Пушкин, сделал своеобразную революцию в русском литературном языке, переведя пафосную советскую речь в человеческое русло, говоря о высоких чувствах доступным земным языком. Достаточно сказать, что Иосиф Бродский называл Высоцкого великим поэтом. И сегодня, безусловно, творчество Высоцкого, как всякая классика, должно пропагандироваться и преподаваться на государственном уровне. Ведь в нем заложена целая эпоха».

Назад