Баллада об иноходце


Я скачу, но я скачу иначе

По полям, по лужам, по росе.

Говорят: он иноходью скачет.

Это значит иначе, чем все.

Мне набили раны на спине,

Я дрожу боками у воды.

Я согласен бегать в табуне,

Но не под седлом и без узды!

Мне сегодня предстоит бороться.

Скачки. Я сегодня фаворит.

Знаю - ставят все на иноходца,

Но не я - жокей на мне хрипит.

Он вонзает шпоры в ребрa мне,

Зубоскалят первые ряды.

Я согласен бегать в табуне,

Но не под седлом и без узды!

Но наездник мой всегда на мне,

Стременами лупит мне под дых.

Я согласен бегать в табуне,

Но не под седлом и без узды!

Если не свободен нож от ножен,

Он опасен меньше, чем игла.

Вот и я - оседлан и стреножен.

Рот мой раздирают удила.

Пляшут, пляшут скакуны на старте,

Друг на друга злобу затая.

В исступленье, в бешенстве, в азарте,

И роняют пену, как и я,

Мой наездник у трибун в цене,

Крупный мастер верховой езды.

Ах, как я бы бегал в табуне,

Но не под седлом и без узды!

Нет, не будут золотыми горы,

Я последним цель пересеку,

Я ему припомню эти шпоры,

Засбою, отстану на скаку!

Колокол, жокей мой на коне,

Он смеется в предвкушенье мзды.

Ах, как я бы бегал в табуне,

Но не под седлом и без узды!

Что со мной, что делаю, как смею?

Потакаю своему врагу.

Я собою просто не владею,

Я придти не первым не могу!

Что же делать остается мне?

Вышвырнуть жокея моего

И скакать, как будто в табуне,

Под седлом, в узде, но без него!

Я пришел, а он в хвосте плетется

По камням, по лужам, по росе.

Я впервые не был иноходцем,

Я стремился выиграть, как все!

Статьи

В Европе Высоцкого знали только как мужа Марины Влади

Автор: rian.ru
Сайт: РИА "Новости"

25 июля 1980 года Высоцкого хоронила, казалось, вся Москва, хотя официального сообщения о смерти не было - в это время проходила московская Олимпиада. Только над окошком театральной кассы было вывешено скромное объявление: "Умер актер Владимир Высоцкий"

Если попытаться определить место Высоцкого в истории нашей культуры одним словом, то самым точным будет: олицетворенная совесть народа. При жизни он не стал ни заслуженным, ни лауреатом. Официальных наград и званий удостоен не был, но поистине народным он стал. Его талант, его творчество и явились нерукотворным памятником.

Высоцкий не сразу определил, что хочет быть актером. После окончания школы он поступил в московский инженерно-строительный институт, но проучившись в нем полгода, бросил. "Буду готовиться, есть еще полгода, попробую поступить в театральный. А это - не мое...", - сказал тогда Владимир Семенович.

Интерес к авторской песне у Высоцкого пробудился после знакомства с творчеством Булата Окуджавы, которого Владимир Семенович считал своим учителем. Позже он даже написал "Песню о Правде и Лжи", посвященную Окуджаве.

Первые песни в стиле "дворовой романтики" Высоцкий начал писать в начале 60-х годов. Они не воспринимались всерьез ни Высоцким, ни теми, кто был их первыми слушателями. Спустя несколько лет, в 1965-м, он пришел в Театр на Таганке, который, по выражению самого Высоцкого, стал для него "своим театром". Гамлет, Галилей, Пугачев, Свидригайлов - Владимир Высоцкий создал целую палитру образов.

Параллельно с работой в театре были киноработы. Самая известная и самая любимая - Жеглов в телесериале "Место встречи изменить нельзя". Этой роли могло и не быть... Майским вечером 78-го года, на даче в Одессе Высоцкий, Влади и Говорухин собрались, чтобы обсудить сценарий будущего фильма. Высоцкий был уже тяжело болен. Марина Влади со слезами на глазах уговаривала Говорухина: "Отпусти Володю, снимай другого артиста!". Ей вторил Высоцкий: "Пойми, мне так мало осталось! Я не могу год жизни тратить на эту роль".

"Как много потеряли бы зрители, если бы я сдался в тот вечер", - вспоминает Говорухин.

"Работать надо!" - была его любимая поговорка. Если бы он мог, он работал бы круглые сутки. Сон - 3-4 часа, остальное - работа. Песни свои он писал в основном ночью. Приходил домой после спектакля, и садился за работу. Марина Влади ставила перед ним чашку с чаем и тихо садилась в углу. Иногда она засыпала, и тогда, уже под утро, Высоцкий будил ее, чтобы прочесть строки, написанные за ночь.

Песни Высоцкого принято делить на циклы: военный, горный, спортивный, китайский. Фронтовики, слушавшие его песни о войне, были уверены, что он лично пережил все то, о чем писал в песнях. Люди, слушавшие его песни "с криминальным уклоном", были уверены, что он сидел. Моряки, альпинисты, шоферы - все считали его своим.

Врач-реаниматолог НИИ скорой помощи им. Н.В. Склифосовского Леонид Сульповар был одним из тех, кто в июле 1980-го делал всё, чтобы спасти великого барда:

"Физически Володя был очень развит, в нем всегда чувствовалась невероятная сила. И именно мужская сила. Но при всей развитости и тренированности в последние годы здоровье, конечно, было подорвано образом жизни - неупорядоченным, без сна и отдыха".

"23 июля я дежурил. Ко мне приехали, сказали, что Володя совсем плохой. Мы поехали туда. Состояние Володи было ужасным. Стало ясно, что надо или предпринимать более активные действия, пытаться любыми способами спасти, или вообще отказываться от всякой помощи. В общем, любое действие было довольно опасным, но другого выхода не было. Мы решили, что надо его брать. Но его друзья сказали, что это большая ответственность и без согласия родителей этого делать нельзя. И мы договорились, что заберем Володю 25 июля. Он был в очень тяжелом состоянии, но впечатления, что он умирает, не было".

"Двадцать пятого мне позвонили, и я вместо дежурства поехал туда. Народу было уже много. Решали, где хоронить.

Его отец настаивал: "Только на Новодевичьем!" С большим трудом удалось переубедить отца - тогда Новодевичье кладбище было закрытым, и хоронить там народного поэта и певца было нельзя. Поехали на Ваганьковское. Кобзон рассказывал, что директор кладбища чуть не заплакал, когда ему предложили деньги: "За кого вы нас принимаете? Высоцкого! Да любое место..."

Через день после смерти Высоцкого, о его кончине написали все самые крупные мировые издания: Франция, Югославия, Болгария, Бельгия, Италия, Великобритания - все некрологи отличались схожей фразой: "Владимир Высоцкий, советский актер и исполнитель баллад, чьи резкие политические песни часто причиняли ему неприятности с властями, умер от сердечного приступа. Он был мужем Марины Влади, французской актрисы". Влади упоминалась во всех сообщениях о его смерти - Высоцкий для своего народа был героем, а для чужого - только мужем французской актрисы.

Назад