Баллада о брошенном корабле


Капитана в тот день называли на "ты",

Шкипер с юнгой сравнялись в талантах;

Распрямляя хребты и срывая бинты,

Бесновались матросы на вантах.


Двери наших мозгов

Посрывало с петель

В миражи берегов,

В покрывала земель,

Этих обетованных, желанных -

И колумбовых, и магелланных.


Только мне берегов

Не видать и земель -

С хода в девять узлов

Сел по горло на мель!

А у всех молодцов -

Благородная цель...

И в конце-то концов -

Я ведь сам сел на мель.


И ушли корабли - мои братья, мой флот,-

Кто чувствительней - брызги сглотнули.

Без меня продолжался великий поход,

На меня ж парусами махнули.


И погоду и случай

Безбожно кляня,

Мои пасынки кучей

Бросали меня.

Вот со шлюпок два залпа - и ладно!-

От Колумба и от Магеллана.


Я пью пену - волна

Не доходит до рта,

И от палуб до дна

Обнажились борта,

А бока мои грязны -

Таи не таи,-

Так любуйтесь на язвы

И раны мои!


Вот дыра у ребра - это след от ядра,

Вот рубцы от тарана, и даже

Видны шрамы от крючьев - какой-то пират

Мне хребет перебил в абордаже.


Киль - как старый неровный

Гитаровый гриф:

Это брюхо вспорол мне

Коралловый риф.

Задыхаюсь, гнию - так бывает:

И просоленное загнивает.


Ветры кровь мою пьют

И сквозь щели снуют

Прямо с бака на ют,-

Меня ветры добьют:

Я под ними стою

От утра до утра,-

Гвозди в душу мою

Забивают ветра.


И гулякой шальным все швыряют вверх дном

Эти ветры - незваные гости,-

Захлебнуться бы им в моих трюмах вином

Или - с мели сорвать меня в злости!


Я уверовал в это,

Как загнанный зверь,

Но не злобные ветры

Нужны мне теперь.

Мои мачты - как дряблые руки,

Паруса - словно груди старухи.


Будет чудо восьмое -

И добрый прибой

Мое тело омоет

Живою водой,

Моря божья роса

С меня снимет табу -

Вздует мне паруса,

Словно жилы на лбу.


Догоню я своих, догоню и прощу

Позабывшую помнить армаду.

И команду свою я обратно пущу:

Я ведь зла не держу на команду.


Только, кажется, нет

Больше места в строю.

Плохо шутишь, корвет,

Потеснись - раскрою!


Как же так - я ваш брат,

Я ушел от беды...

Полевее, фрегат,-

Всем нам хватит воды!


До чего ж вы дошли:

Значит, что - мне уйти?!

Если был на мели -

Дальше нету пути?!

Разомкните ряды,

Все же мы - корабли,-

Всем нам хватит воды,

Всем нам хватит земли,

Этой обетованной, желанной -

И колумбовой, и магелланной!

Биография

В. С. Высоцкий родился 25 января 1938 года в 9 ч 40 мин в Москве, в роддоме на Третьей Мещанской улице, 61/2.

Семья:
Отец — Семён Владимирович (Вольфович) Высоцкий (1916—1997) — уроженец Киева, военный связист, ветеран Великой Отечественной войны, полковник.
Мать — Нина Максимовна (урождённая Серёгина, 1912—2003) — по специальности переводчик с немецкого языка.
Дядя — Алексей Владимирович Высоцкий, (1919—1977) — писатель, участник Великой Отечественной войны, кавалер трёх орденов Красного Знамени.

Детство

Раннее детство Владимир провёл в московской коммунальной квартире на 1-й Мещанской улице: «…На тридцать восемь комнаток всего одна уборная…» — написал в 1975 году Высоцкий о своём раннем детстве. Во время Великой Отечественной войны, в 1941—43 гг., жил с матерью в эвакуации в селе Воронцовка, в 20 км от райцентра — города Бузулук, Чкаловской (ныне — Оренбургской) области. В 1943 году возвратился в Москву, на 1-ю Мещанскую улицу, 126 (с 1957 года — проспект Мира). В 1945 году пошёл в первый класс 273-й школы Ростокинского района Москвы.

Через некоторое время после развода родителей, в 1947 году, Владимир переехал жить к отцу и его второй жене — Евгении Степановне Высоцкой-Лихалатовой. В 1947—1949 годах они проживали в г. Эберсвальде (Германия), по месту службы отца, где юный Володя научился играть на фортепиано.

В октябре 1949 года он вернулся в Москву, пойдя в 5-й класс мужской средней школы № 186. В это время семья Высоцких жила в Большом Каретном переулке, 15. (В настоящее время на доме установлена мемориальная доска). Этот переулок увековечен в его песне: «Где твои семнадцать лет? На Большом Каретном!».

Начало карьеры артиста

С 1953 года Высоцкий посещал драмкружок в Доме учителя, руководимый артистом МХАТа В. Богомоловым. В 1955 году закончил среднюю школу № 186, и, по настоянию родственников, поступил на механический факультет Московского инженерно-строительного института им. Куйбышева, из которого ушёл после первого семестра.

Решение об уходе было принято в новогоднюю ночь с 1955 на 1956 год. Вместе со школьным другом Высоцкого, Игорем Кохановским, было решено провести новогоднюю ночь весьма своеобразным манером — за исполнением чертежей, без которых их не допустили бы к сессии. Где-то во втором часу ночи чертежи были готовы. Но тут Высоцкий встал и, взяв со стола банку с тушью (по другой версии — с остатками крепко заваренного кофе), стал поливать её содержимым свой чертёж. «Всё. Буду готовиться, есть ещё полгода, попробую вступить в театральный. А это — не моё…»

С 1956 по 1960 гг. Высоцкий — студент актёрского отделения Школы-студии МХАТ им. В. И. Немировича-Данченко. Он занимается у Б. И. Вершилова, затем у П. В. Массальского и А. М. Комиссарова. На первом курсе познакомился с Изой Жуковой, на которой женился весной 1960 года. 1959 год ознаменовался первой театральной работой (роль Порфирия Петровича в учебном спектакле «Преступление и наказание») и первой ролью в кино (фильм «Сверстницы», эпизодическая роль студента Пети). В 1960 году произошло первое упоминание о Высоцком в центральной печати, в статье Л. Сергеева «Девятнадцать из МХАТ» («Советская культура», 1960, 28 июня).

В 1960—1964 гг. Высоцкий работал (с перерывами) в Московском драматическом театре им. А. С. Пушкина. Сыграл роль Лешего в спектакле «Аленький цветочек» по сказке С. Аксакова, а также ещё около 10 ролей, в основном — эпизодических.

В 1961 году на съёмках кинофильма «713-й просит посадку» познакомился с Людмилой Абрамовой, ставшей его второй женой. (Официально брак зарегистрирован в 1965 году).

Начало поэтической работы

В начале 60-х годов появились первые песни Высоцкого. Песня «Татуировка», написанная в 1961 году в Ленинграде, многими считается первой. Неоднократно таковой её называл и сам Высоцкий.

Однако существует песня «49 дней», датируемая 1960 годом. Отношение автора к песне было весьма критичным: в автографе ей дан надзаголовок «Пособие для начинающих и законченных халтурщиков», с пояснением в конце, что «таким же образом могут быть написаны» стихи на любые актуальные темы. «Надо только взять фамилии и иногда читать газеты». Но, несмотря на то, что Высоцкий как бы исключал эту песню из своего творчества (называя «Татуировку» первой), известны фонограммы её исполнений в 1964—1967 гг.

Зрелые годы

В дальнейшем песенное творчество стало наряду с актёрством главным делом жизни. Проработав менее двух месяцев в Московском театре миниатюр, Владимир безуспешно попытался поступить в театр «Современник». В 1964 году Высоцкий создал свои первые песни к кинофильмам и поступил на работу в Московский театр драмы и комедии на Таганке, где проработал до конца жизни.

В июле 1967 года познакомился с французской актрисой Мариной Влади (Мариной Владимировной Поляковой), ставшей его третьей женой (декабрь 1970 года).

В 1968 году послал письмо в ЦК КПСС в связи с резкой критикой его ранних песен в центральных газетах. В том же году вышла его первая авторская грампластинка «Песни из кинофильма „Вертикаль“». Летом 1969 года у Высоцкого была клиническая смерть, и тогда он выжил только благодаря Марине Влади. Она в это время была в Москве. Проходя мимо ванной, она услышала стоны и увидела, что Высоцкий кровоточит горлом. В своей книге «Владимир, или Прерванный полёт» Марина Влади вспоминает:

«Ты больше не говоришь, полуоткрытые глаза просят о помощи. Я умоляю вызвать „скорую“, у тебя почти исчез пульс, меня охватывает паника. Реакция двух прибывших врачей и медсестры проста и жестока: слишком поздно, слишком много риска, ты не транспортабелен. Они не желают иметь покойника в машине, это плохо для плана. По растерянным лицам моих друзей я понимаю, что решение врачей бесповоротно. Тогда я загораживаю им выход, кричу, что, если они сейчас же не повезут тебя в больницу, я устрою международный скандал… Они, наконец, понимают, что умирающий — это Высоцкий, а взлохмаченная и кричащая женщина — французская актриса. После короткого консилиума, ругаясь, они уносят тебя на одеяле…»

1   2